Почему талантливых авторов становится больше, а сильной креативной экономики — нет? Эксперт «Рускультпром» Татьяна Сулимина объясняет, какие системные изменения необходимы регионам для перехода от идеи к работающей индустрии
За последние несколько лет словосочетание «креативные индустрии» стало частью почти любой региональной стратегии развития. Его используют губернаторы, федеральные министерства, институты развития, форумы и образовательные программы. Однако за громкими заявлениями все чаще обнаруживается фундаментальный разрыв между риторикой и реальной экономикой.
Региональный дизайнер, ремесленник, автор локального бренда или культурного проекта сегодня по-прежнему существует в пространстве крайне ограниченной монетизации. И именно это, по мнению дизайнера, основателя собственного Модного дома и эксперта «Рускультпром» Татьяны Сулиминой, остается главным противоречием всей системы.
«Самый большой разрыв — это в ожиданиях и в том, что говорят про индустрию, и реальность, которая сейчас есть. Это монетизация», — отмечает Татьяна Сулимина.
Главная проблема заключается не в отсутствии талантов. В регионах огромное количество сильных мастеров, дизайнеров, локальных брендов и авторских практик. Проблема в другом: экономика вокруг этих продуктов до сих пор не сформирована. Большинство проектов существуют либо в логике ремесленного выживания, либо в формате микробизнеса без масштабирования, маркетинга и полноценной коммерческой модели.
Сама региональная среда часто не готова воспринимать авторский продукт как полноценную ценность. Российский покупатель по-прежнему ожидает, что локальный дизайнерский продукт должен стоить «разумно», то есть дешево. Особенно остро это проявляется в регионах, где цена авторской вещи постоянно подвергается сомнению.
«Когда вы приходите и хотите купить брошку за тысячу рублей, над которой человек потратил неделю своего времени — это неадекватное ожидание», — говорит Татьяна Сулимина.
Это фундаментальная проблема восприятия труда в креативной экономике. Массовый рынок приучил потребителя к дешевому продукту и быстрой замене вещей. Но креативная индустрия работает иначе: единичный продукт требует времени, интеллектуального труда, ручной работы, экспертизы и авторского языка. И пока общество не готово воспринимать это как ценность, полноценная экономика отрасли остается невозможной.
Отдельный парадокс заключается в том, что государство уже рассматривает креативные индустрии как часть будущего ВВП страны, но сама инфраструктура индустрии еще не создана.
«Чтобы это превратилось в индустрию, нужны большие вложения, большой труд и большой опыт», — подчеркивает эксперт.
Сегодня российские регионы находятся в промежуточной фазе: креативная индустрия уже существует как идея и политическая повестка, но еще не существует как устойчивая экономическая система. И главный вопрос ближайших лет — смогут ли регионы перейти от символического “креатива” к настоящей коммерческой модели, где авторский продукт перестанет быть экзотикой и станет полноценным сектором экономики.
Региональный дизайнер, ремесленник, автор локального бренда или культурного проекта сегодня по-прежнему существует в пространстве крайне ограниченной монетизации. И именно это, по мнению дизайнера, основателя собственного Модного дома и эксперта «Рускультпром» Татьяны Сулиминой, остается главным противоречием всей системы.
«Самый большой разрыв — это в ожиданиях и в том, что говорят про индустрию, и реальность, которая сейчас есть. Это монетизация», — отмечает Татьяна Сулимина.
Главная проблема заключается не в отсутствии талантов. В регионах огромное количество сильных мастеров, дизайнеров, локальных брендов и авторских практик. Проблема в другом: экономика вокруг этих продуктов до сих пор не сформирована. Большинство проектов существуют либо в логике ремесленного выживания, либо в формате микробизнеса без масштабирования, маркетинга и полноценной коммерческой модели.
Сама региональная среда часто не готова воспринимать авторский продукт как полноценную ценность. Российский покупатель по-прежнему ожидает, что локальный дизайнерский продукт должен стоить «разумно», то есть дешево. Особенно остро это проявляется в регионах, где цена авторской вещи постоянно подвергается сомнению.
«Когда вы приходите и хотите купить брошку за тысячу рублей, над которой человек потратил неделю своего времени — это неадекватное ожидание», — говорит Татьяна Сулимина.
Это фундаментальная проблема восприятия труда в креативной экономике. Массовый рынок приучил потребителя к дешевому продукту и быстрой замене вещей. Но креативная индустрия работает иначе: единичный продукт требует времени, интеллектуального труда, ручной работы, экспертизы и авторского языка. И пока общество не готово воспринимать это как ценность, полноценная экономика отрасли остается невозможной.
Отдельный парадокс заключается в том, что государство уже рассматривает креативные индустрии как часть будущего ВВП страны, но сама инфраструктура индустрии еще не создана.
«Чтобы это превратилось в индустрию, нужны большие вложения, большой труд и большой опыт», — подчеркивает эксперт.
Сегодня российские регионы находятся в промежуточной фазе: креативная индустрия уже существует как идея и политическая повестка, но еще не существует как устойчивая экономическая система. И главный вопрос ближайших лет — смогут ли регионы перейти от символического “креатива” к настоящей коммерческой модели, где авторский продукт перестанет быть экзотикой и станет полноценным сектором экономики.