Креативные бренды начинают выходить с маркетплейсов — это не случайность, а системный сдвиг. Максим Андреев показывает, что меняется в модели бизнеса.
В последние годы маркетплейсы стали для предпринимателей в креативных индустриях — от дизайнерских брендов до авторских продуктов — очевидной точкой входа в рынок. Они дают быстрый доступ к трафику, понятную инфраструктуру продаж и ощущение масштаба. Однако всё чаще именно в этом сегменте возникает обратное движение: бренды начинают выходить с площадок или сокращать на них присутствие. И это уже не частные случаи, а симптом изменения самой модели.
Маркетплейс остаётся сильным инструментом, но его реальная роль постепенно проясняется. Это канал, который хорошо работает на этапе запуска и проверки спроса, но хуже — на этапе построения устойчивого бизнеса. Он обеспечивает поток заказов, но не даёт главного — контроля над клиентом и над восприятием продукта.
«Маркетплейс даёт продажи, но не даёт позиции. А без позиции невозможно построить устойчивый бизнес», — отмечает стратег, основатель проекта «Рускультпром» Максим Андреев.
Проблема не в том, что маркетплейсы «перестают работать». Проблема в том, что при росте оборота многие предприниматели не видят роста прибыли. Комиссии, логистика, конкуренция и постоянное давление на цену постепенно съедают маржу. При этом сам продукт внутри площадки оказывается в среде, где он сравнивается не по смыслу, а по стоимости и визуальной подаче.
«Внутри маркетплейса продукт почти всегда превращается в товар. А товар всегда проигрывает цене», — говорит Максим Андреев.
Для креативного бизнеса это особенно чувствительно. Здесь покупка редко бывает исключительно рациональной — она связана с восприятием, эстетикой, доверием к автору или бренду. Однако внутри маркетплейса эта связь практически не формируется. Клиент запоминает не производителя, а площадку.
«Когда клиент запоминает площадку, а не тебя — ты работаешь на чужую систему, а не строишь свою», — подчёркивает Максим Андреев.
Именно поэтому у части брендов возникает ощущение «потолка». Они продолжают работать, поддерживать обороты, но не могут перейти на следующий уровень. Этот момент становится точкой переоценки: вопрос уже не в том, как увеличить продажи внутри маркетплейса, а в том, как изменить саму модель бизнеса.
Альтернативные сценарии всё чаще связаны с построением собственных каналов и прямой коммуникации с аудиторией. Это не обязательно отказ от маркетплейсов, а смена центра управления.
«Рост начинается там, где появляется прямая связь с клиентом. Всё остальное — производные», — отмечает Максим Андреев.
Важно, что при этом меняется и роль предпринимателя. В креативных индустриях он всё чаще выступает не только как производитель, но и как носитель смысла, лицо бренда, медиаплатформа.
«Предприниматель больше не просто делает продукт. Он управляет вниманием и доверием», — говорит Максим Андреев.
При этом самостоятельная модель требует больше ресурсов и компетенций. Именно поэтому маркетплейсы остаются эффективным инструментом на старте. Но стратегическая ошибка — превращать их в единственную опору бизнеса.
В долгосрочной перспективе устойчивость всё больше определяется не объёмом трафика, а качеством связи с аудиторией. Там, где эта связь есть, продукт перестаёт быть взаимозаменяемым.
«Вопрос сегодня не в том, где продавать. Вопрос — кто контролирует клиента и ценность», — резюмирует Максим Андреев.
Маркетплейс остаётся сильным инструментом, но его реальная роль постепенно проясняется. Это канал, который хорошо работает на этапе запуска и проверки спроса, но хуже — на этапе построения устойчивого бизнеса. Он обеспечивает поток заказов, но не даёт главного — контроля над клиентом и над восприятием продукта.
«Маркетплейс даёт продажи, но не даёт позиции. А без позиции невозможно построить устойчивый бизнес», — отмечает стратег, основатель проекта «Рускультпром» Максим Андреев.
Проблема не в том, что маркетплейсы «перестают работать». Проблема в том, что при росте оборота многие предприниматели не видят роста прибыли. Комиссии, логистика, конкуренция и постоянное давление на цену постепенно съедают маржу. При этом сам продукт внутри площадки оказывается в среде, где он сравнивается не по смыслу, а по стоимости и визуальной подаче.
«Внутри маркетплейса продукт почти всегда превращается в товар. А товар всегда проигрывает цене», — говорит Максим Андреев.
Для креативного бизнеса это особенно чувствительно. Здесь покупка редко бывает исключительно рациональной — она связана с восприятием, эстетикой, доверием к автору или бренду. Однако внутри маркетплейса эта связь практически не формируется. Клиент запоминает не производителя, а площадку.
«Когда клиент запоминает площадку, а не тебя — ты работаешь на чужую систему, а не строишь свою», — подчёркивает Максим Андреев.
Именно поэтому у части брендов возникает ощущение «потолка». Они продолжают работать, поддерживать обороты, но не могут перейти на следующий уровень. Этот момент становится точкой переоценки: вопрос уже не в том, как увеличить продажи внутри маркетплейса, а в том, как изменить саму модель бизнеса.
Альтернативные сценарии всё чаще связаны с построением собственных каналов и прямой коммуникации с аудиторией. Это не обязательно отказ от маркетплейсов, а смена центра управления.
«Рост начинается там, где появляется прямая связь с клиентом. Всё остальное — производные», — отмечает Максим Андреев.
Важно, что при этом меняется и роль предпринимателя. В креативных индустриях он всё чаще выступает не только как производитель, но и как носитель смысла, лицо бренда, медиаплатформа.
«Предприниматель больше не просто делает продукт. Он управляет вниманием и доверием», — говорит Максим Андреев.
При этом самостоятельная модель требует больше ресурсов и компетенций. Именно поэтому маркетплейсы остаются эффективным инструментом на старте. Но стратегическая ошибка — превращать их в единственную опору бизнеса.
В долгосрочной перспективе устойчивость всё больше определяется не объёмом трафика, а качеством связи с аудиторией. Там, где эта связь есть, продукт перестаёт быть взаимозаменяемым.
«Вопрос сегодня не в том, где продавать. Вопрос — кто контролирует клиента и ценность», — резюмирует Максим Андреев.